Валерий Бочков:
Путин — не ошибка истории. Путин — её диагноз.
Он не свалился с неба, не вылез из космоса, не был навязан инопланетянами. Его вырастили, пустили, покормили, обслужили — и потом десятилетиями делали вид, что «ничего не происходит».
Путин — это не причина. Путин — это следствие.
Следствие многолетнего отказа от ответственности, от свободы, от достоинства.
1. Виновата система — но систему делали люди
Любят говорить: «виновата система». Удобно. Безлично. Тепло.
Но система не возникает сама. Её не приносят в чемодане.
Систему строят конкретные люди — из конкретного дерьма.
Чекисты, прокуроры, судьи, генералы, губернаторы —
вся эта вертикаль не была порабощена.
Она радостно легла, потому что так выгоднее, безопаснее, сытнее.
Каждый раз, когда судья штамповал приговор по звонку —
Путин становился сильнее.
Каждый раз, когда генерал врал в докладе —
Путин толстел.
Каждый раз, когда чиновник крал и молчал —
Путин врастал в страну, как опухоль.
2. Виноваты элиты — они продали страну за доступ к кормушке
Российские «элиты» — это не элита. Это обслуга.
Люди без чести, без позвоночника, без страны.
Они знали всё.
Про убийства. Про тюрьмы. Про ложь. Про войны.
И каждый раз выбирали не «нет», а «ну ладно».
Олигархи обменяли влияние на неприкосновенность.
Интеллигенция — совесть на гранты и эфиры.
Артисты — голос на аплодисменты.
Учёные — правду на финансирование.
И когда им казалось, что Путин «перешёл черту»,
черта просто отодвигалась.
3. Виноват страх — но страх не оправдание
Да, было страшно.
Да, репрессии. Да, тюрьмы. Да, изгнание.
Но страх объясняет молчание —
он не делает его благородным.
История беспощадна:
она не спрашивает, почему ты молчал.
Она фиксирует факт — ты молчал.
И когда миллионы выбирают выживание вместо сопротивления,
появляется диктатор, который обещает «стабильность».
И забирает всё остальное.
4. Виноват народ — не весь, но достаточно большой
Самая болезненная правда:
Путин держится не только на штыках.
Он держится на согласии.
На «лишь бы не было войны» — и войне.
На «он, конечно, вор, но зато наш».
На презрении к свободе как к «баловству».
На ненависти к тем, кто «слишком умный», «слишком свободный», «слишком не как все».
Путин стал возможен там,
где рабство перестали считать позором,
а унижение — трагедией.
5. Путин — это зеркало
Самое страшное не в том, что Путин — МОРАЛЬНЫЙ УРОД.
Страшно, что он оказался узнаваем. Как Чикатило. Как палачи из ГПУ и ЧК. Как "вагнеровцы" с кувалдами. Хрестоматийный душегуб из русской истории.
Он говорит тем же языком, что телевизор.
Он мыслит теми же категориями, что «дворовая правда».
Он мстит, как мстят слабые.
Он врёт, как врут те, кто боится правды.
Путин — это коллективный портрет худших инстинктов,
возведённых в ранг государственной политики.
6. Кто виноват?
Виноваты:
те, кто делал карьеру на лжи;
те, кто продавал молчание;
те, кто аплодировал;
те, кто отворачивался;
и те, кто говорил: «это не про меня».
Путин — не конец истории.
Он — её предупреждение.
И если после него Россия снова скажет
«мы ни при чём» —
значит, всё было зря.
Потому что диктаторы не падают с неба.
И моральные уроды не правят в пустоте.
Им разрешают.
Немає коментарів:
Дописати коментар